Эффект Эха - Елена Граменицкая

Высокая полная женщина в серой униформе размером «три икса эль» и смешной красной шапке-пирожке (шапка была очень похожа на тревожную кнопку) свистнула и замахала ручищами, словно ветряная мельница.

Пассажиры бросились от нее врассыпную.

– Невтерпеж, да? Всем ждать следующего поезда!

Оля уже за закрывшимися дверьми покрутила пальцем у виска и прижалась носом к надписи «не прислоняться».

Подразнив работнике метро, дальше размышлять о ее странном поведении Оля не стала, какая разница, уже столько дураков повстречала.

Главное, что через полчаса, всего через каких то тридцать минут она встретится с Антоном и начнет воздвигать в мечтах чудесный замок.

«А он случайно не женат?» – вопрос, заданный вдогонку Мариной, немного испортил настроение.

Нет! На этот раз точно нет! Никаких признаков женатика она не заметила.

Оля стиснула кулачок, прошептала в него вызубренную наизусть формулу счастья, спасение от сердобольных подруг, узнавших начало и тут же предугадавших финал.

Кассандры все слепые!

Случайная встреча в больнице стала знаком, Оля восприняла его буквально. Антон вернулся в ее жизнь наперекор унылой судьбе. Наперекор словам крестной «Уходи первой и ни о чем не жалей».

Радостная улыбка при встрече, знак рукой – я подожду тебя за дверью, смущенные слова приветствия.

– Вера Артуровна – твоя родственница? – вопрос прозвучал сразу, но он ничего не значил. Потому что за ним последовала вереница приятных слов:

– Я не догадался взять твой телефон, сто раз пожалел, но было уже поздно. Искал тебя в аэропорту.

Оля мечтала услышать эти слова и услышала.

Оба не верили в происходящее, у обоих искрились глаза.

Картинка складывалась романтическая. Все шло – как надо, как задумывалось и мечталось!

И этот приторно-сладкий пейзаж не позволил зародиться сомнениям: что мир вокруг чуточку не тот. Мир немного тронулся умом. Капельку слетел с катушек. И даже медный пятачок на станции метро с забытым названием и именем какого-то революционера, даже милиционер-снеговик и грозная контролерша-мельница не помогли. Оля ничего не видела и не слышала, не осознавала, она летела к сбывающейся мечте.

И правильно делала.

К мечте надо лететь именно в таком, полубезумном состоянии!

Кто бы мог подумать, что на Новопесчаной улице, в двух кварталах от метро Сокол между булочной и сберкассой притаился осколочек кооперативного рая: уютное кафе

«У Наташи».

Вежливый охранник с военной выправкой, мужчина за сорок (тревожный возраст: ты или заработал себе на покой или замер на грани нищеты) распахнул двери и поклонился.

Следующим, соревнуясь в гибкости спины, отвесил поклон гардеробщик. Старичок богемного вида блеснул пенсне и заискивающе улыбнулся, протягивая номерок. Он явно рассчитывал на «чай».

Мужчины, казалось, надели лучшее, что у них осталось. Гардеробщик – залоснившийся на карманах двубортный костюм из военных сороковых и бабочку, охранник – техасы и спортивную куртку со значками на воротнике – ГТО, Олимпийский Мишка и Чебурашка.

«Гены ему не хватает», – мелькнула у Оли мысль.

В приглушенном свете холла ветхость одежды одного и нелепость другого в глаза не очень бросалась. Лишь значки привлекли внимание и то потому, что в детстве Оля сдавала нормы по легкой атлетике и собирала героев мультфильмов. Мишка, Гена и Чебурашка у нее точно были.

А что до странности гардероба, то кому сейчас легко? На каждом углу плакаты напоминают о «перестройке, гласности и новом мЫшлении». Пенсионеры листовки распространяют, студенты флаеры у метро раздают – «гласность—перестройка-ускорение». Перестройка – она не навсегда, она на некоторое время!

Надо терпеть, надо потуже затянуть пояса – нам не впервой.

За перестройкой объявлено ускорение.

Догнать и перегнать!

Весь мир закупил попкорн и наблюдает за нашими «Веселыми стартами».

Впустив гостей, служивый плотно прикрыл входную дверь. Сигаретный дым, скопившийся у потолка, вздрогнул и поспешил вслед за сквозняком обратно в курительный зал.

Получив номерок, Оля первым делом спросила о дамской комнате.

– Помою руки, попудрю носик, – предупредила она Антона и свернула в указанном пожилым гардеробщиком направлении.

Закрыв дверь туалета, придирчиво огляделась. Взъерошила короткие волосы, освежила помаду, пару раз махнула по ресницам тушью. Приблизившись к зеркалу, вгляделась в белки глаз. Появившуюся от усталости красную сеточку убрала каплями.

Встав боком, втянула живот, поправила бретельки бюстгальтера, хорошо, что купила дорогой, что на каждом углу рекламировала известная супермодель. Когда с грудью «проблема» двойной пушап спасёт ситуацию.

Размышляла секунду – расстегнуть третью пуговку на блузе или оставить как есть? Решила не форсировать события. Секс на первом свидании часто бывает последним – это главное правило «хороших девочек».

И, наконец, последний штрих, покопавшись в сумке, выудила жевательную резинку и, не жалея, положила две подушечки в рот.

Все! Готова влюблять!

Выйдя из дамской комнаты, хлопнула себя по лбу (голова – решето, точно Паша сказал) вернулась и подхватила с зеркальной тумбочки подаренный Антоном букет. Желтые розы, ее любимые, он как знал.

Вот теперь точно все!

Антон ожидал в коридоре, переговариваясь с охранником. Встретив Олю улыбкой, повел в зал, где в небольших уютных шалашиках из лиан горели свечи. Их дрожащие огоньки рубиново переливались в бокалах вина и отсвечивали янтарем в пенных пивных кружках. В кафе ненавязчиво звучала итальянская музыка, приглушенный свет софитов и задымление над танцполом ткали загадочные образы, колышущиеся при каждом открытии и закрытии двери. Струйки дыма напомнили Оле силуэты людей, двигающихся в медленном утомительном танце. Вдали, в тёмном углу, укутанный туманом, угадывался абрис рояля.

– Увы, господа, свободных мест больше нет! Добро пожаловать в следующий раз! – раздался за спиной вежливый хор охранника с гардеробщиком, стоило появиться новым посетителям.

– Забавное местечко и пользуется успехом, – заметила Оля, проходя за официанткой к дальнему столику с приготовленной заранее бутылкой красного вина и табличкой «Бронь».

– Одно из лучших на Соколе. Сейчас все кому ни лень занялись бизнесом, открывают забегаловки с громкими названиями и с ужасной кухней. Но за это кафе я ручаюсь, кормят по-домашнему вкусно, а самое главное, здесь тихо, никто не мешает. Мне пришлось воспользоваться знакомством. Пятница, сама понимаешь – шансы минимальные, – Антон смущенно улыбнулся.

– Воспользоваться знакомством? Что это значит?